— Волки иногда бывают благороднее людей… Когда я встал на ноги, Тенсор заявился сюда. Не могу сказать, что визит был приятным. Рошер знает.
— Вся улица знала, что уж там — Рошер.
— Он сообщил, что поскольку я один, а у него семья, я мог бы и поменяться с ним местами. Переехать в его комнату, а он перевезет детей в этот дом. Или он все равно сделает это после моей смерти. Фактически, мне предлагалось убираться на все четыре стороны. И меня это взбесило.
— Меня бы тоже, — призналась Яна.
— Я бросился в ноги градоправителю — и тот решил дело. Посчитал, сколько осталось после Валайры, сколько унаследовал Тенсор, сколько я... Одним словом, ему в собственность выделили пятую часть дома. По честной оценке. У меня не было денег, чтобы выплатить мерзавцу его долю, у него не было денег выкупить мою, я имел право не пустить их сюда жить — пятая часть это слишком мало, здесь просто нет места, но... приходить и трепать мне нервы они могли.
— И занимались этим вдохновенно?
— Это еще мягко сказано, Яна. Я похудел, ни дня не проходило без скандалов и истерик, а мое здоровье — вы понимаете...
Яна понимала. Интересно, на что рассчитывал неведомый ей Тенсор? Получить согласие отца на переезд — или свести его в могилу? Пусть отчима, но ведь он же усыновленный...
— Потом я встретил Рамишу, мою вторую жену. Она поняла меня, сейчас мы живем у нее...
— А Тенсор?..
— Мы живем очень тихо, за городом.
— И он не может вас найти?
— Я знаю, что пытается, но я почти не выбираюсь сюда. За домом приглядывает соседка, но недавно она умерла.
— И?
— Вам нужно жилье. А мне нужен жилец, который будет смотреть за домом, платить мне пусть небольшую, но ренту, и гонять Тенсора с семьей. Мы честь по чести составим договор — и вы станете тут законной хозяйкой.
— То есть?
— Я подарю вам этот дом на озвученных условиях. Вы выплатите мне за него определенную сумму — будете платить каждый месяц, пока я жив, а потом, когда я умру, выплатите остаток Рамише. Рошер заверил, что вы не обманете.
— Не обману.
— У нее тоже нет детей, так что два дома нам ни к чему, а деньги пригодятся.
Яна подумала немного.
— Сколько?
Названная сумма была очень божеской. И в месяц — и общая. Она снимала бы комнату за те же деньги, если бы нашла где, а сейчас будет платить их за свое.
Свое — в перспективе.
— Почему — я?
— Потому что пятая часть принадлежит Тенсору. И когда вы получите дом в свое распоряжение, на вас начнется атака.
Яна хмыкнула. На нее?
Атака?
Ну-ну...
— Ааша?
Волчица чуть шевельнула хвостом. Вот уж кто ни минуты не опасался.
— И ее, — кивнул Славерус в сторону Ааши, — могут попробовать отравить.
В глазах волчицы читалось чисто человеческое презрение. Ее? Отравить? Она что — шавка, из чужих рук куски хватать?
— Те, кто знают ситуацию, не хотят связываться с Тенсором и его семейкой.
— А тем, кто не знает, рассказываете вы.
— Да.
Яна подумала.
— А можно осмотреть дом?
— Разумеется, Яна.
Дом оказался идеальным. Ну, для нее — точно. Три небольшие комнатки, кухня, колодец на заднем дворе, небольшая будочка, стыдливо скрытая листьями плюща, и — что привело Яну в восторг — ванная комната! При доме!
Конечно, воду надо будет таскать ведрами, но слив устроен так, что грязная вода может поливать сад.
Яна задумалась.
В одной из комнат будет гостиная, в другой спальня, в третьей — кабинет и библиотека. Для девушки из рода Риккэр — необходимость. У Ааши есть палисадник, но им и в доме будет неплохо.
Мансарда на втором этаже тоже уютна и аккуратна . Вообще здесь виднелась заботливая хозяйская рука — но давно, так давно... Вязаные салфетки — но дико грязные, резная мебель, где покосившаяся, где треснувшая, коврики, которые лучше выкинуть сразу, но в свое-то время их подбирали с любовью. Даже роспись стен жутковатыми с точки зрения нархи-ро цветочками — и то!
— Вы любили этот дом.
— Я был тут счастлив. Я сам его строил и не хочу отдавать в плохие руки.
Яна кивнула.
— Пожалуй, я соглашусь. Я подумаю еще? Немного, с часик?
— Конечно. Я пока побуду тут, прилягу.
Яна кивнула.
Она видела и тени под глазами Славеруса, и нездоровую желтизну кожи — для кого-то она прячется под загаром, но нархи-ро не обманешь — слышала нездоровое, с хрипами, дыхание...
Сколько еще протянет этот человек?
Лет десять?
Да, вряд ли больше. В Лесу ему могли бы помочь, но если она вырастит нужные травы и сделает настои, тоже справится. Наверное. Да, будет палисадник — это хорошо. Ааша сможет там гулять, а Яна наконец посадит травы. Да и тот корешок из Разлома — тоже. Проведет обряд благодарности Богам. А еще...
Этот дом не сильно привяжет ее к себе. Не придется продавать жемчуг. Чтобы выплачивать ренту, хватит и ее бордельного заработка. Благо, Ш´аальзея ухватилась за Яну двумя руками и всеми зубами. А что? Такого специалиста, как нархи-ро, еще поискать!
Регулярно, два-три раза в неделю, Яна учила девочек владеть своим телом, обольщать и покорять. И ученицы были очень благодарны. Они искренне старались взять от Яны все возможное, понимая, что век проститутки, даже самой элитной — короток. А чтобы продать себя подороже и перейти в содержанки или даже в жены, наложницы, надо уметь привлечь и удержать мужчину.
С другой стороны, это гарантировало Яне текучку кадров в борделе и более-менее постоянную работу.
Аэлена попробовала было заговорить с нархи-ро о деньгах, но наткнулась на обиженный взгляд и замолчала. Брать деньги с друзей?
Пф-ф-ф-ф! До такого даже люди не всегда докатывались!
Они с Рошером вышли из палисадника и медленно пошли по улице.
— Рошер, а ты живешь поблизости?
— Да, — кивок в сторону дома был красноречив.
— Это хорошо...
— Ты ведь уже согласилась?
— Хотелось бы знать, что меня ждет, если соглашусь.
Рошер поднял брови.
— Яна, что может вытворить семейка злобных дураков — не знает никто. Но ты не беззащитна. У тебя есть я, есть Ааша, есть Авельены. Ты нархи-ро, ты знакома с градоправителем, и Храм тебя тоже принял — после того дела. В то же время тебе негде жить и я не думаю, что у тебя много денег. Полагаю, ты и Славерус можете помочь друг другу.
— Да, пожалуй.
— Ты согласишься?
— Это странное предложение, но... я соглашусь.
Яна и не знала, что этими двумя словами впуталась в новую историю.
