Некоторое время спустя
Дорогой Дневник!
Время с Павлом было беспощадно упущено. Значит, секс переносился на следующую неделю. А оставшиеся дни мне стоило с головой погрузиться в учебу. Да я так и собиралась поступить, если бы в голове плотно ни засел тот первокурсник, минутная встреча с которым так растревожила мою душу. Он чем-то напоминал меня год назад. Такой же непонимающий, щепетильный и угнетенный. Мне хотелось пообщаться с ним, узнать, как дела, чем-то помочь. Но придумать повод все как-то не удавалось. Да что я в самом деле! Просто прийти к ним в комнату и с ногами засесть на кровать, откусывая сочное красное яблоко. Нет. Не годилось. Ждать удобного момента я не собиралась тоже.
Так и сидела по-турецки, прислонившись спиной к перекрытию на чердаке. Я оценила это место сравнительно недавно. Павел показал. Рядом с дверью в верхний кабинет директора располагалась едва заметная моповая. Ведра со швабрами кое-как в ней помещались. Я и предположить не могла, что именно там можно попасть на чердак. Собственно говоря, я и про наличие чердака не знала. Он просто протянул руку к потолку и, отодвинув плитку, вытянул веревочную лестницу. А когда я поднялась, поняла, что встать в полный рост не получится. Только стоять на коленях, чего в тот момент было предостаточно. Через день после мимолетного свидания я улучила момент, чтобы поподробнее изучить сие место. И мне здесь понравилось.
Можно было полежать, уставившись в ребристый, обшитый утеплителем, потолок. Подумать. Прийти сюда с книгой или дневником, непременно прихватив с собой фонарь. Не заметит никто. Я сомневалась, что персонал клининга знал об этом закутке, потому что ведро и шварбы были новыми, ими никто и никогда не пользовался.
Иногда мне хотелось, чтобы Павел каким-нибудь образом оказался рядом, и время остановилось, не ограничивалось десятью минутами. А преобразовалось в часы и ночи. Но этого не происходило. К тому же, зная особенность Павла никогда не повторяться, я была полностью уверена в том, что он здесь никогда не появится.
Вечером я обещала встретиться с Кириллом. Думала, как намекнуть ему, что я хотела бы пообщаться и с его соседом по комнате тоже? И почему только этот худой мальчишка так мне запал? Словно я что-то должна ему. Решила поступить, как в детстве. Написала записку.
«Жду в зимней кофейне. Ровно в 19.00. Тебя и Германа».
Кратко и лаконично. Очень надеялась что, он не допустит ошибку и не припрется один. Незаметно швырнула записку под дверь, будто завязывая шнурки. Хорошо, что щель под дверью предусмотрена.
Для подобного необычного свидания выбрала чулки в крупную сетку, черное кружевное белье, обтягивающее короткое черное платье с глубоким декольте на спине. Непременно самый высокий каблук ботфортов на платформе был призван сократить разницу в росте мою и Кирилла. Мне так хотелось, так виделось для продолжения дружеского общения. Именно дружеского, потому что других чувств внутри и не возникало. Волосы забрала на затылке в гладкую прическу, заколола шпильками с черными жемчужинами. Макияж нанесла почти что боевой, яркий, вызывающий. И, накинув на плечи белоснежную шубку, подобрав бархатный черный клатч, украшенный россыпью мелких бриллиантов, вышла из комнаты в коридор.
- Оу! Куда собралась? – восторженный Валера отшатнулся в сторону.
- Свидание, - кокетливо призналась я.
- Еще один покоренный твоей красотой ухажер?
- Пока что друг.
- Недолго ему, бедненькому, - усмехнулся Валера, пожирая меня взглядом. – Так он не из «наших»? – остановил он взгляд на пушистой шубке, видимо, делая вывод, что я выхожу за пределы школы.
- Почему же?
- В город собираетесь?
- Нет. В нашей кофейне посидим, - созналась я.
- Тогда к чему такой прикид? – заговорчески шепнул он.
- Ну, ты как маленький! Ясно же, к чему, - подмигнула я.
- Увлечение, значит? – не унимался Валера.
- Сказала же, что дружба, - оборвала я.
- Ну-ну. Удачи!
Во мраке кофейни без труда отыскала глазами затерявшийся между тяжелых, словно театральных, портьер столик. С облегченным вздохом обнаружила за ним Кирилла и Германа. Хорошо, что они уже пришли, потому что ждать мне явно не хотелось. И двадцать минут опоздания это подтверждали.
Кирилл был одет довольно-таки предсказуемо: узкие синие брюки, серебристый свитер, черный кожаный пиджак и синий шарф, скрывающий шею и так удачно завершающий образ. Очки явно были призваны подчеркнуть серьезность намерений, а также выделить еще больше ледяное пламя в глазах. Эффектно, ничего не скажешь.
Одежда Германа не вызывала такого бурного восторга. На улице я его, скорее всего, даже не заметила бы. Кстати, полезное качество для агента. Впрочем, наравне с яркой внешностью. Темно-синие джинсы, серая толстовка, из-под которой виднелась клетчатая рубашка, мышиного цвета тоненькая шапка и серый рюкзак. Он не на свидание шел, просто сопровождал друга. Кирилл не осмелился нарушить мою просьбу.
- Добрый вечер, - поздоровалась я, с удовольствием собирая восторженные взгляды, необходимые каждой женщине как воздух.
- Неужели это ты! Я даже не знал, что красота может быть еще краше! – рассыпался в комплементах Кирилл.
- Привет, - сдержанно поздоровался Герман и отвел взгляд. – Отлично выглядишь.
- Ну, само собой лучше, чем в пять утра, - пошутила я, присаживаясь рядом с Германом и принимая ухаживания Кирилла.
- Что будем пить в этот прекрасный вечер? Кофе можем отложить до других времен. В ассортименте есть слабоалкогольные коктейли, - шепнул денди, слегка наклоняясь.
- Надо же. А с каких это пор? – поинтересовалась я.
- С тех самых, когда одна очаровательная леди сегодня вошла в это здание.
- И какова здесь винная карта? – едва сдерживая улыбку, спросила я. – Не отказалась бы от «Вишневой бестии».
