- Пойдем, пройдемся. – Вдруг предложила ему Элен, взяв его за руку.
Нацепив на лицо довольную, победную улыбку, Марк последовал за ней, словно привороженный.
Я снова осталась одна, но на этот раз униженная и оскорбленная, и не кем-то из этих надменных, богатых господ, а своим любимым.
Кто я для Марка, раз он так легко отказался от меня и предпочел ту женщину?
Я растеряна. Подавлена. Мною вдруг овладел страх, он взял вверх над разумом, и я, схватив с подноса официанта бокал шампанского, вмиг его высушила и отправилась разыскивать своего благоверного.
У меня не было определенного плана, что я сделаю, когда разыщу его. В плане пока был только сам его розыск.
Обошла весь зал, обводя беглым взглядом каждого присутствующего. Но так и не увидела ни Марка, ни ту женщину в серебристом платье.
- Не своего ли ищешь?
Вдруг из ниоткуда возникает моя недавняя собеседница в черном вечернем платье.
- Да. – Отвечаю злобно, злясь на всех, кто окружал меня в данный момент. – Вы не видели его?
- Почему не видела? – загадочно произносит та. – Видела.
- И где он? – спрашиваю, теряя терпение.
А она будто нарочно, желая напоследок поиздеваться надо мной, делает огромные паузы между предложениями, при этом еще и говоря не по существу.
- Пять минут назад… Когда я говорила со своей очень хорошей знакомой… Кстати, она очень известная модель в США… Ах, как я ей завидую…
- Скажите, куда ушел Марк? – пришлось грубо прервать поток ненужных слов.
Это не понравилось ей, судя по ее выражение лица. Женщина плотно поджала губы, посмотрела на меня раздраженно, а потом тут же улыбнулась.
- Я понимаю, ваше состояние. Правда, пока не знаю, как бы поступила я на вашем месте… Когда твой мужчина женолюбец, с вагонном любовниц…
- Просто скажите, куда он ушел! – я не выдержала издевки и прикрикнула на нее так, что обернулись сразу несколько господ, стоящих недалеко от нас.
В этот момент мне было все равно, что обо мне подумают другие. Самообладание меня покинуло.
- Он в соседней комнате. – Кивает в сторону выхода из общего зала, и ухмыляется: - Советую не ходить туда. Мало ли что ты там увидишь. Настроение испортится… - Расхохоталась в голос и ушла, оставив меня одну в смятении.
Идти или не идти?
Я долго не решалась. А вдруг мои догадки окажутся верными?
И все же я отправилась туда.
Выхожу в коридор. Оглядываюсь по сторонам, зачем-то прислушалась.
Неожиданно скрипнула дверь, и из соседней комнаты, как и сказала та женщина в черном платье, выходят Марк и Элен. На Марке взъерошены волосы, и на шее виднеется губная помада. Элен же на ходу спускала вниз подол своего облегающего, длинного платья. При виде меня они вдруг оцепенели, замерев в одном положении.
- Эда? – первым пришел в себя Марк. – Что ты здесь делаешь? – после, он тут же убрал с лица конфуз и продолжил вести себя так, будто ничего и не произошло: - Почему ты не в зале? Потеряла меня?
Марк делает шаг ко мне на встречу, я делаю шаг назад, не спуская с него пристального взгляда. Чувствую, как мои глаза начинают наполняться слезами.
- Ну, я пошла. – Бодрым, довольным голосом проговорила Элен и отправилась в зал, на ходу поправляя растрепанные волосы.
- Эда, в чем дело? – Марк ловко оказался рядом со мной, пока мое внимание занимала Элен.
- У тебя на шее губная помада. – Охрипшим голосом заметила я, глядя любимому прямо в глаза.
- Да? – Марк начал потирать ладонью шею, при этом еще и ухмыляется. – Дорогая, когда ты успела обмазать меня помадой?
- Я не крашу губы помадой. – Тихо произношу я то, о чем Марк прекрасно знает.
Я вообще не пользуюсь косметикой. Только по принуждению и только по особым случаям, как сегодня. Но никогда не наношу на губы помаду. Максимум бесцветный блеск.
- Да? – произнес он с растерянным видом, будто совершенно не понимает, откуда мог взяться на его шее отпечаток от помады.
- На губах Элен точно такая же помада. – Произношу я, и неконтролируемые слезы спускаются по щекам.
- Да? – оглядывается в сторону двери, ведущей в зал. – Я и не заметил.
- Марк, что ты там делал с ней? – задаю прямой вопрос.
- Ничего, - пожимает плечами, притворившись дурачком. Или приняв меня за дуру.
- У тебя ширинка расстегнута… - Всхлипываю.
- Черт, - быстрым движением застегивает молнию на своих брюках.
- Ты с ней… - Мой голос дрогнул, и я не смогла больше выговорить ни слова.
Воспользовавшись моей слабостью, Марк принимает оборонительную позицию:
- Эда, может, хватит устраивать мне допрос на глазах у всех? – оглянувшись по сторонам, он больно хватает меня за руку и быстрым шагом уводит к выходу. – Ты уже взрослая женщина, и, кажется, не такая глупая, чтобы не понимать элементарных вещей. Садись, - грубо заталкивает меня в свой автомобиль, после чего, громко хлопнув дверью, садится за руль. Заводит двигатель автомобиля, и уже через несколько секунд мы едем по той же дороге, по которой приехали сюда.
Он увозит меня домой, чему в глубине души я была очень рада. Мне не придется снова возвращаться в зал и видеть ту женщину.
Всю дорогу я ревела навзрыд, громко и судорожно. Меня всю трясло, я не могла совладать собой. Марк же не обронил больше ни слова, лишь мрачно смотрел вперед на дорогу.
Когда он остановил машину возле подъезда нашей общей съемной квартиры, я вышла и быстрым шагом направилась к дому. Коснувшись до ручки двери, я поняла, что Марк все еще сидит в машине и не думает выходить из нее. Вид его был задумчивым.
И в этот самый момент мною овладел такой страх потерять его и остаться одной, что я напрочь позабыла о чувстве гордости.
- Марк! – бросилась я с криками к машине, плененная плохим предчувствием. – Марк! – подбежав к нему, я открываю водительскую дверь и жалостливо прошу: - Пойдем домой. Я на тебя больше не злюсь.
Марк поворачивает на меня голову и смотрит с каким-то странным, отчужденным взглядом. Молчит.
- Марк, прости меня. Я была не права.
Его губы растянулись в ехидной полуулыбке.
- Ну, и дура же ты, Эда. – Я замерла, не понимая значение его слов. – Я ей только что изменил, а она за это прощенье у меня просит. Где твоя гордость? Где твое самоуважение? Чувство достоинства?
Предчувствие, что произойдет сейчас что-то ужасное, усиливалось внутри меня. Накрывший меня с головой страх, в одночасье обездвижил и лишил речи. С широко раскрытыми глазами, я смотрела на Марка, чувствуя, как сильно бьется мое сердце, которое готово было вот-вот выскочить из груди.
Марк тяжело вздыхает и продолжает:
- Нет, Эда. Я не вернусь домой. Ведь я тебя совершенно не люблю. Ну, зачем я тебе нужен такой? – спросил он, слабо улыбаясь. – Ты еще найдешь себе достойного молодого человека, и я буду безумно рад этому. – Заводит двигатель, и я тут же выхожу из шока.
- Марк! Нет! Мне никто не нужен, кроме тебя! Прошу, не говори такие ужасные слова! Ты ведь пошутил? Ты ведь не уйдешь от меня? Ты не бросишь меня!
- Эда, иди домой. – Сурово произносит он, и я еще больше запаниковала.
- Марк! Нет, не бросай меня! Я без тебя умру! Марк, я люблю тебя! Почему ты меня бросаешь? Из-за той женщины?
Мой крик не был слышен разве что в соседний квартал. Я не понимала, что в этот самый момент собрала уже десятки зрителей, состоящих из соседей и мимо проходящих людей.
- Эда, не позорься перед людьми. Сейчас же иди домой. – Злобно процедил сквозь зубы Марк, захлопнув водительскую дверь перед самым моим носом.
- Я поеду с тобой! – оббегаю машину вокруг и пытаюсь открыть переднюю пассажирскую дверь. Но Марк заблокировал все двери, после чего дает резкий ход назад.
- Марк!
Я бежала за ним, долго, унизительно прося его вернуться, не бросать меня, пока его машина окончательно не скрылась из виду. Потом я сидела на мокром асфальте, посреди дороги, вздрагивая от каждого автомобильного сигнала разъяренного водителя.
Шел дождь, первый, весенний. Я продолжала мокнуть под дождем, с мыслью о самоубийстве. Тогда я еще не понимала, что той злополучной весной родится НОВАЯ Я. Сильная (слабая) чертовка.
