В воскресенье утром вся семья нашей героини собралась на кухне за завтраком.
- Как ты, сестрёнка? – спросил Конор у Джейн. – На работе как?
- Всё отлично, - улыбнулась она.
Конор был высоким, крепким брюнетом с короткими волосами и чёлкой, почти всегда зачёсанной налево. Его мощная грудь, объёмные бицепсы и широкая спина выдавали в нём любителя «потягать железо», а резкие движения, быстрая походка и набитые костяшки пальцев на руках говорили, что «тягание железа» - не единственное, что умеет этот сильный атлет.
Охранная фирма, в которой он работал, называлась «Дикие Волки». Она обеспечивала безопасность и следила за порядком в нескольких компаниях и увеселительных заведениях Юджина.
Брат Джейн был начальником охраны в боулинг-центре «Эмеральд Лэйнс» - том самом, где он начинал обычным вышибалой. В его подчинении находилось девять крепких молодых парней.
- Всё отлично, - ответила ему сестрёнка.
Она светилась от счастья и предвкушения сегодняшнего свидания.
- Я сейчас ослепну, - Конор улыбнулся и закрыл глаза ладошкой. – Мам, чего она так светится? Её что повысили?
- «Повысили», - передразнила его мать, фыркнув. – Разве может повышение заставить девушку так светиться? У неё любовь.
- Мама! – вскрикнула Джейн. – Что ты болтаешь?
Она ещё не рассказывала матери ни о свидании, ни о Дональде. Не хотела говорить о том, в чём не была уверена и что могло закончиться в любой момент.
- Значит повысили? – вскинул брови отец. – Или оклад подняли?
- Просто хорошее настроение, - пожала плечами дочка. - Неделя хорошо прошла.
- Мм, - промычал брат с набитым ртом. – У меня тоже неплохо прошла. Но я не свечусь… Или свечусь? – повернулся он к отцу.
- Ты, даже, если в лотерею выиграешь, не будешь светиться, - усмехнулся Томас.
- А ты что, будешь? – встала на защиту сына Мишель. – Ты и перед президентом будешь с кислой миной стоять.
Мать с сыном засмеялись, дочка улыбнулась, а отец начал шевелить губами и ртом, передразнивая жену.
- Как же я вас обожаю! – проговорила Джейн. – Без вас я бы не смогла светиться.
- Мы тоже тебя обожаем, - взяла её за руку Мишель и перешла на громкий шёпот: – Может покажешь фото своего кавалера?
- Да нет у меня никакого кавалера! – вырвала руку девушка.
- Не приставай, - сказал шептунье Томас. – Сама всё скоро расскажет и покажет.
- Да, - кивнул Конор. - Как разопрёт от желания поделиться, утопит нас в своих рассказах. Крэйг то, Крэйг сё, Крэйг посмотрел так, Крэйг любит сяк, - начал кривляться он.
- Почему Крэйг? – засмеялась Джейн.
- Не знаю, - пожал плечами брат. – А что, не угадал?
- Хорошая попытка, - дала ему пять сестра. – Но у меня и вправду никого нет.
- Ладно, верю, - проговорил с интонацией «ни черта не верю» здоровяк.
- Ты дома сегодня?
- Нет, на пикник шеф позвал. На пикник-собрание. Опять будет угощать и просвещать.
- Хороший у вас шеф, - закивал отец, закашлялся и вдохнул специальную аэрозоль для астматиков.
- Что, добрался до твоего сердца через желудок? – усмехнулась Мишель.
Иногда Конор возвращался с пикников-собраний с жареной дичью. В прошлый раз это была оленина.
- Миновав лёгкие, - улыбнулся отец.
- Всё также? – приложила руку к его груди дочка.
- Да нет, получше вроде.
- Да что там получше! – воскликнула мать. – Изводится каждую ночь!
- Нормально всё, - нахмурился Томас. - Не стращай детей.
Дети знали про его беспокойные, мучительные ночи.
- Сходи ты к этому Полу, пап, - сказал Конор.
- Нет, сегодня у нас не будет этого разговора, - поднял указательный палец и поводил им из стороны в сторону отец. - С прошлого ещё двух дней не прошло.
- Ну чего ты упрямишься? – проигнорировала его «не будет» Мишель. – Хуже же не будет.
Начались – а точнее продолжились, - трёхсторонние уговоры отца на поход к лучшему пульмонологу города. Несмотря на численный перевес поддерживающих друг друга и плавно перехватывающих аргументы союзников уговаривающих, они снова окончились ничем. Уговариваемый ни в какую не хотел идти к «очередному шарлатану, живущему в роскошном доме и ездящему на шикарной машине, купленными на деньги своих обнадёженных и обманутых пациентов».
- Не проймёшь его, - встал из-за стола сын. – Связать надо и принудительно лечить. Ладно, поехал я.
- До ночи будешь? – спросила Мишель.
- Не знаю. Может завтра приеду.
