Сводный Тиран

Он...

— А теперь, по просьбе жениха и невесты, я хотел бы пригласить их детей на танцпол. Пускай же они присоединятся к своим родителям.

Блядь? Не может быть.

Нет. Блядь. Ни за что.

Мой взгляд переходит на отца, который смотрит на меня предупреждающе, он не хочет, чтобы я устроил сцену. Он сказал мне вести себя хорошо и принять Леру в семью, вероятно, чтобы угодить его новой жене. Но я никогда не приму ее обратно в свою жизнь. Никогда.

Лера бежит ко мне, встречая меня в центре, она судорожно сжимает руки, в ее глазах мелькает нервозность.

Мне нужно притвориться хорошим парнем, чтобы отец не лишил меня денег.

Начинается следующая песня, и я делаю хищный шаг по направлению ней.

Беги сука. Беги так быстро, как только можешь.

Я хватаю ее за талию, притягивая к груди, а затем предлагаю вторую руку, как настоящий джентльмен.

Лерочка тихо задыхается сквозь приоткрытые губы от моих прикосновений, и я получаю удовольствие от осознания того, что могу добиться от нее даже самой простой реакции.

Нерешительно, как будто она уже знает, что с ней произойдет, она кладет свою гораздо меньшую руку в мою, и меня словно пронзает электрический ток.

Как бы я ни старался, я не могу не замечать, какая мягкая и теплая ее рука внутри моей, тепло ее прикосновения просачивается глубоко в мои вены.

Приятная? Мягкая? Какого черта, когда я стал таким хлюпиком? Какого черта я думаю о ее руке, о том, какая она? Она ничто, ничто, просто аферистка.

Но такая хрупкая и приятная на ощупь.

— Привет, Кость… — шепчет она.

Привет? И это она говорит после всего этого времени. После того, что она сделала со мной... что она сделала с моей семьей?

Кровь в моих жилах закипает, но я сдерживаю свой гнев. Когда я не отвечаю ей, она продолжает говорить, как будто шесть лет назад ничего не произошло.

— Итак, я полагаю, мы будим учиться в одном вузе? — спрашивает она, глядя на меня сквозь густые ресницы. Вблизи она выглядит потрясающе, что только усиливает мою ненависть к ней.

— Не надо! — злобно цежу я сквозь стиснутые зубы. — Не притворяйся, что мы друзья.

Все ее тело напрягается от моих слов, а я лишь крепче сжимаю ее талию. На ее лице мелькает шок, и я снова озадачен тем, как невежественно она ведет себя в этой ситуации.

Это притворство. Простое и понятное.

Она может обмануть всех остальных, но меня ей не обмануть. Я не попаду в плен ее красоты.

Интересно, а как она представляла свое возвращение, наверное, она думала, что все обрадуются и забудут что она всех наебала?

Не в силах остановиться, я притягиваю ее ближе, так близко, что ее пышные груди касаются моей груди.

Я не могу остановить себя от того, чтобы посмотреть на них.

В последний раз, когда я видел ее, она была еще плоской, а теперь она выросла, ее тело наконец-то приобрело форму, бедра округлы, а груди вздымаются.

Ее сладкий аромат проникает в воздух, заполняя мои ноздри. Возможно, если бы я не ненавидел ее так сильно, я бы нашел это привлекательным, но вместо этого я говорю себе, что это отвратительно.

Не обращая внимания на то, как она прижимается ко мне, и на желание вдохнуть ее, я наклоняюсь, прижимаясь губами к ее уху.

— Этот твой невинный образ, он милый и все такое, но я вижу тебя насквозь. Я чувствую запах лживой суки.

— Что... что?

Ее тело дрожит в моих руках, а дыхание сбивается, как будто она боится.

— Это твое единственное предупреждение. Уходи, возвращайся туда, откуда пришла... и я пощажу тебя, только в этот раз.

Я облизываю губы, отстраняюсь, позволяя своим глазам опуститься на ее стройную шею. Я вижу, как пульс бьется под кожей, выдавая ее страх, и не могу сдержать зловещую улыбку, которая появляется на моих губах.

— Костя…

Я не должен жаждать ее боли, ее страха, как я делаю это сейчас. Я знаю, что это хреново, но она сама виновата.

Мое тело покалывает, сердце бешено стучит в груди. Ее страх — как наркотик, и я сделаю все возможное, чтобы получить еще одну дозу.

— Останься, и я заставлю тебя пожалеть. Так или иначе, ты вернешься обратно к своему папочке. Я заставлю тебя заплатить...