‒ Он невыносим! Это самый кошмарный ребенок, которого я знаю! ‒ хожу из угла в угол, выбирая из своей прически макароны.
Да, это Денис постарался. И это еще не самое худшее, что он делал.
‒ Я убью его! ‒ изрекаю, останавливаясь, ‒ Меня посадят, и ты будешь носить мне передачи в тюрьму. Сигареты там, туалетную бумагу. Но зато я избавлю мир от него! Или я сойду с ума, что более вероятно, ‒ смотрю в монитор ноутбука.
‒ Пап, что мне делать?
‒ Дочь, ты ведь знаешь, что я тебя люблю. Но если ты выберешь первый вариант, я не хочу знать подробностей, чтобы меня не повязали как соучастника, ‒ искренне насмехается родитель.
‒ Я рада что ты веселишься. Но мне что делать? ‒ ложусь на кровать, на которой стоит ноут.
‒ У матери не спрашивала?
‒ Спрашивала.
‒ И что она посоветовала? ‒ ухмыляется родитель.
‒ Подружиться с ним.
‒ И как? ‒ хмыкнул он, ‒ Подружилась?
‒ Конечно! Мы меняемся тайнами, плетем друг другу косички, ‒ показываю пальцем себе на голову.
‒ Там кстати еще одна макаронина осталась. Левее, да, вот там.
‒ Пап, мне нужен реальный совет, – говорю, откидывая ненавистную макаронину, что достала из своих волос.
‒ Валер, ты ведь умная девушка. И сколько бы ты не отрицала, вся в мать. А она справляется с двадцатью орущими карапузами. Хочешь совет? Прояви смекалку. Заставь его себя уважать.
‒ Ага, этого заставишь.
‒ А отец его что говорит?
‒ А его отец самоустранился из жизни сына.
‒ Вот и отлично! Значит, не будет мешать. Осталось дело за малым. Так, дочь. ‒ папа смотрит поверх экрана, ‒ Меня зовут. Позвони мне, когда придумаешь. Все, целую.
‒ Целую, ‒ говорю потухшему экрану.
Помог, называется! Заставить его себя уважать. Элементарно, Ватсон! Как? Перевернувшись на спину, смотрю в потолок. Отец парня. Этот человек в жизни Дениса бывает реже, чем охранник Сергей. Думаю, Денис сможет на пальцах одной руки пересчитать, когда он был с отцом дольше пяти минут. И чисто по-человечески, я своего босса понимаю. Я третий день в роли няни, и сама хочу свалить куда-нибудь.
‒ Денис-Денис! И что мне с тобой делать?
Решив отвлечься, я включила комедию. Но смысл не улавливала. Вспоминала прошедшие дни, анализируя. И я таки придумала, что могу сделать! Через полтора часа фильм закончился, но и план был готов. И первый пункт самый сложный. Договориться с отцом Дениса.
Загвоздка даже не в том, чтобы подобрать правильные слова и как-то убедить. А просто поймать его и начать этот разговор. Олег Федорович приходит поздно, уходит рано. Но если я чего-то хочу, то всегда это получаю. Поэтому в три ночи, босс загулял сегодня, я стучусь к нему в кабинет. Этот трудоголик даже дома нормально отдохнуть не может как все люди.
‒ К вам можно? ‒ заглядываю после короткого стука.
Что я говорила? Сидит, работает.
‒ Олег Федорович, я бы хотела поговорить, ‒ смелею, захожу.
‒ Валерия? ‒ то ли удивился что я в такое время зашла к нему, то ли вспоминает кто я вообще такая.
‒ Да, ‒ кивнув сажусь на стул.
Предложения присесть я походу не дождусь. Прикрываю халатом ноги, смотрю на хозяина кабинета.
‒ Что-то с Денисом? – спрашивает.
Да! Хочется закричать и рассказать ему все-все! Но я ведь взрослый человек. Поэтому лишь киваю. Я сама сдержанность, горжусь собой.
‒ У меня к вам просьба.
‒ Я сейчас занят, ‒ теряя ко мне всякий интерес, он утыкается в бумаги перед собой.
‒ Это касается вашего сына.
‒ И что он натворил на этот раз? ‒ устало спрашивает он, и мне становится жалко этого мужчину.
Хоть перед глазами и проносятся картина сегодняшних макарон в волосах. А перед этим мед в шампуне, клей в сумке, паук в шкафу, спасибо что не живой, синька в зубной пасте (хорошо, что вовремя заметила), и то, как проснулась в луже воды. А есть в этом доме я вообще теперь боюсь. Соленый чай со вкусом земли, или суп со вкусом мыла. Как он проворачивает все так, что испорченные продукты только у меня, не знаю. Еще и не попасться умудряется!
‒ Ничего, ‒ отвечаю на вопрос босса, чем, кажется, несказанно удивила его.
Вот теперь он смотрит с интересом. И так оценивающе. Не как на женщину, а как на интересную вещицу. Слегка обидно. Но отгоняю ненужные мысли.
‒ Так в чем тогда дело? ‒ спрашивает он.
‒ Я бы хотела попросить… ‒ нет, не так начала, ‒ У меня есть стратегия. И для ее осуществления мне нужно... ‒ замолкаю под взглядом босса.
Соберись!
‒ Мне нужен полный карт-бланш на свободное время Дениса и главное! И чтобы вы не вмешивались.
Последнее говорю тише. И судя по взгляду босса не зря опасалась его недовольства.
‒ Вы хотите, чтобы я не вмешивался в воспитание своего сына? ‒ чувствую угрозу в его голосе.
И немного удивления.
«А то ты раньше рвался!» ‒ думаю про себя.
‒ Да, ‒ говорю в ответ, ‒ В свою очередь могу гарантировать, что мои действия никоим образом не будут направлены на причинение вреда вашему сыну. Ни физического, ни морального, ‒ разве что немножко.
Представив себе будущее, ухмыльнулась.
‒ Валерия. Денис сложный ребенок. И я не хочу, чтобы...
‒ Олег Федорович! ‒ перебила босса, ‒ Вы совершенно правы. И справиться с ним невозможно! Ему нужна не няня, а надсмотрщик. Но вы наняли меня, у нас с вами контракт, в котором сказано, что я должна заниматься его воспитанием. И я буду это делать. Просто прошу вас...
Как правильно сказать? Не ругаться? Не увольнять меня сразу же? Не потакать ему, если он прибежит жаловаться на меня?
‒ Довериться мне, ‒ закончила мысль, ‒ Хотите, приставьте ко мне охрану. Или...
‒ Я вас понял, ‒ поднял он руку, останавливая меня, – Хорошо. Даю вам полную свободу действий. Но если увижу, что вы...
‒ Не увидите! ‒ подскочив со стула, заверила босса, – То есть ничего такого не будет. Спасибо!
Выскочив за дверь, захотела станцевать. Самое сложное позади. Сделала шаг, а после вернулась. Открыла дверь в кабинет босса. Заглянула. Он сидит все так же, ослабил галстук только.
‒ Что-то забыли? ‒ поднял взгляд на меня.
‒ Да, ‒ говорю, ‒ Спокойной ночи.
‒ Валерия, идите, ‒ устало говорит.
Хороший он все-таки человек. Просто уставший.
